Николай Тихонович. Первый геолог Ухтпечлага

8 января исполняется 150 лет со дня рождения Николая Николаевича Тихоновича (18721952) – видного геолога, внесшего значительный вклад в освоение ухтинских нефтяных месторождений. Его имя носит одна из улиц Ухты.

После полудня 21 августа 1929 года в устье речки Чибью высадилась комплексная экспедиция ОГПУ в составе 139 человек, большинство из которых были заключенные. Принято считать, что с этой даты началось промышленное освоение Ухтинского нефтеносного района, с нее ведет отсчет нефтегазовая промышленность Республики Коми. А 30 октября того же года в район Чибью с очередным отрядом прибыл новый руководитель экспедиции и будущий начальник Ухтпечлага Яков Мороз. Вместе с ним – знаменитый впоследствии буровой мастер Иван Косолапкин и опытный геолог, заключенный Николай Тихонович. В тот момент Тихоновичу было далеко за 50, в отечественной геологии он был не последним человеком, крупным специалистом в области нефти и газа.

Николай Тихонович  родился в Харькове в семье земского врача. Когда Николаю было три года, его отец, Николай Поликарпович, умер, участвуя в ликвидации эпидемии сыпного тифа. Мать, Варвара Аристарховна, была из обедневших дворян. «Средства для жизни в период детства получали от деда с отцовской стороны, бывшего профессором Харьковского университета и директором 1-й гимназии, и частью от деда с материнской стороны, бывшего губернским землемером в Курске», – писал Тихонович в автобиографии.

 Харьковский университет по специальности «геология» Николай Тихонович окончил в 1896 году. Еще два года он стажировался в Московском университете у выдающегося ученого Владимира Ивановича Вернадского, позже – в университете Женевы. Глубокие академические знания в области геологии Николай Тихонович успешно применял на практике. Будучи сотрудником Геологического комитета Российской империи, он проводил полевые исследования в Казахстане, на Сахалине, на Урале, в Поволжье и Сибири, а после революции – на Кавказе, в районе Грозного. Примечательно, что в районе Ухты Тихонович побывал еще в самом начале ХХ века, когда молодым геологом работал в конторе артезианского бурения предпринимателя фон Вангеля. Тогда он, конечно, не мог предположить, что вернется в эти края через три десятка лет – заключенным…

В марте 1918 года Геолком был передан в Высший совет народного хозяйства (ВСНХ). Вскоре Тихонович был назначен председателем Комитета промышленной разведки при Горном отделе ВСНХ, и в этом качестве  организовал в различных регионах страны филиалы всесоюзного треста «Центрпромразведка». Фактически он стал руководителем советской поисковой геологии, возглавлял Комиссию по запасам полезных ископаемых и учетно-экономический отдел, обобщавший сводные данные о минеральных ресурсах страны. Тихонович отвечал и за организацию поисковых экспедиций в различные регионы страны. В 1926 году он был назначен помощником председателя Геолкома Д. Мушкетова.

В конце 1920-х годов в стране начались громкие процессы против инженерных и научных кадров, бывших «спецов» – дело Промпартии, «Шахтинское» и другие. Дошла очередь и до Геолкома. Бдительные чекисты раскрыли в Геолкоме «контрреволюционную и шпионскую организацию». По «делу Геолкома» проходило в общей сложности 32 человека. К различным мерам наказания приговорили 15. В обвинительном заключении им вменялось стремление «использовать богатейшие статистические и разведывательные данные, имевшиеся в распоряжении Геолкома, для искривления хозяйственной политики Совправительства в области горной и горно-заводской промышленности и этим способствовать восстановлению в СССР буржуазно-капиталистического строя».

Николая Тихоновича арестовали в Москве 18 ноября 1928 года. Коллегией ОГПУ 28 июня 1929 года  по ст. 58, пп. 6, 7, 11 УК РСФСР  он был приговорен к высшей мере наказания, расстрел заменили на 10 лет лагерей.

Уже во время следствия, однако, «контрреволюционера и шпиона» Тихоновича привлекли к разработке плана будущей экспедиции на Ухту. Прямо в камеру в Бутырской тюрьме ему доставляли для работы информационные материалы. Тихонович составил маршрут экспедиции, указал необходимые для нее снаряжение и припасы.

В экспедиции, а затем и во всем Ухтпечлаге заключенный Николай Тихонович отвечал за организацию геологической службы. Правда, в полном смысле слова заключенным он не был. Постановлением коллегии ОГПУ от 23 октября 1931 заключение в лагере было заменено Тихоновичу ссылкой на оставшийся срок. Он считался «прикрепленным» к Ухтпечлагу. Такой статус позволял геологу участвовать в поисковых маршрутах по всему краю – от Чибью до Воркуты – и в командировках в центр страны. Летом 1937 года, например, Тихонович приезжал в Москву на сессию Международного геологического конгресса в качестве участника. Там его сопровождал замаскированный конвоир, дабы оградить от общения с иностранцами, которые и предположить не могли, что перед ними  заключенный. По воспоминаниям геолога Эдуарда Вейса, Тихонович и в Чибью не был похож на обычного лагерника: «Внешне англинизированный, даже чопорный, он был сердечен с людьми. Всегда следил за собой. Свежо побрит. Костюм, белый воротничок… Опрятен был во всем, хотя это трудно ему доставалось. Сам, бывало, стирал и гладил. В механической мастерской ему сделали утюжок. Не хотел уступать ни в чем».

Геологи Ухтпечлага под руководством Николая Тихоновича внесли огромный вклад в разведку и освоение природных богатств Коми. За последние десятилетия об этом написано немало. Вот лишь некоторые данные, приведенные профессором Губкинского университета И. Гараевской: «За 5 лет (1929–1933) 98 геологических партий Ухтпечлага прошли 108 тыс. км. Всего в 1930–1937 гг. в тайге работало 134 геологических и 168 топографических партий Ухтпечлага».

В те годы были открыты десятки месторождений полезных ископаемых, которые стали сырьевой базой для нефтегазовой и угольной промышленности республики на долгие годы. Среди них Чибьюское месторождение нефти площадью около 36 квадратных километров – первое, которое начали разрабатывать в Коми, Седьельское месторождение нефти и газа, Ярегское месторождение тяжелой нефти, Воркутское месторождение каменных углей.  Исследованы месторождения не только нефти и угля, но и асфальтитов, строительных материалов, радиоактивных вод, дана их оценка и начата промышленная эксплуатация. К концу 1930-х годов была составлена  подробнейшая геологическая карта и схема тектоники Тимано-Уральского региона.

В 1939 году, по истечении 10-летнего срока Николай Тихонович вернулся в Москву и был принят на работу в Московский геолого-разведочный трест (позднее – Московский филиал ВНИГРИ). Он подготовил ряд обобщающих публикаций по геологии Тимано-Уральского региона. В последние годы жизни Тихонович руководил коллективом геологов, занимавшихся изучением глубинной тектоники Русской платформы, читал курс «Геотектоника» в Московском нефтяном институте.

Во время войны, пишет И. Гараевская, Тихонович хотел приехать в эвакуацию в Сыктывкар, работать на Коми научной базе, но обстоятельства этому помешали, и в военные годы он жил и работал в Молотове (ныне  Пермь). В 1943 году на фронте погиб единственный сын Тихоновича – Алексей.

         В 1943 году Николаю Тихоновичу была присуждена степень  доктора геолого-минералогических наук, в 1947 году  присвоено звание заслуженного деятеля науки РСФСР. Через два года он был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Николай Николаевич Тихонович скончался 17 июня 1952 года в Москве. Помимо улицы в Ухте, его именем назван мыс на Сахалине.

«Николай Николаевич хорошо помнил фамилии всех, с кем когда-либо встречался в работе. Помнил имя, отчество, фамилию каждого работника. Маленький чин в геологической лестнице – коллектор, а Николай Николаевич обращался к нему как к равному. И этим очень располагал людей к себе».

 (Из воспоминаний геолога Э.Вейса).

 

Евгений ВЛАДИМИРОВ