Короткая жизнь на длинной дистанции
Среди советских спортсменов-фронтовиков, выступавших на Олимпиаде 1952 года, был и уроженец Коми Александр Ануфриев
XV летние Олимпийские игры 1952 года в Хельсинки стали первыми с участием спортсменов из СССР. Многие из них прошли фронт, ужасы немецкого плена, блокаду Ленинграда. Впервые оказавшись на соревнованиях такого уровня, они смогли достойно представить страну, стать чемпионами и призерами. Свой вклад в успех советской команды внес и спортсмен-фронтовик Александр Ануфриев, уроженец Ижемского района Коми АССР. В мае нынешнего года исполнилось 100 лет со дня его рождения.
«Если не готовы, не надо участвовать»
Путь советской страны в мировое спортивное сообщество был долгим и сложным. Достаточно сказать, что к 1946 году СССР не был представлен ни в одной международной спортивной федерации. Не входил Советский Союз и в Международный олимпийский комитет. Причиной такой изоляции были отнюдь не «западные санкции», как сегодня, а политика самого СССР в области спорта.
Партия и ее вождь товарищ Сталин рассматривали спорт как «одно из важнейших средств коммунистического воспитания трудящихся, улучшения их здоровья и подготовки советского народа к труду и защите социалистической Родины». Организация сдачи комплекса ГТО и проведения ежегодного Всесоюзного парада физкультурников ставилась выше подготовки высококлассных спортсменов. Сами советские спортсмены по идеологическим причинам могли соревноваться на международном уровне только с соперниками из дружественных рабочих спортивных союзов зарубежных стран. Исключением было, пожалуй, легендарное турне футболистов московского «Динамо» по Великобритании поздней осенью 1945 года.
Во второй половине 1940-х, несмотря на обстановку «холодной войны», Советский Союз стал пересматривать свое отношение к международному спорту. Однако первая послевоенная Олимпиада в Лондоне в 1948 году прошла без участия СССР. Объяснялось это тем, что стране было не до спорта, все силы шли на восстановление народного хозяйства.
В очередной предолимпийский цикл советские спортсмены постепенно стали участвовать в крупнейших международных соревнованиях – чемпионатах мира и Европы. В 1951 году был создан Олимпийский комитет СССР, в том же году признанный МОК. Подготовка к предстоящей Олимпиаде шла полным ходом. За ней пристально следило руководство страны. В условиях противостояния с капиталистическим Западом на кону был престиж советской державы.
«Приняв решение участвовать в соревнованиях за рубежом, мы обязаны были обеспечить победу, иначе «свободная» буржуазная пресса будет обливать грязью не только советских спортсменов, но и весь наш народ, – вспоминал тогдашний председатель Всесоюзного комитета по делам физической культуры и спорта Николай Романов. – Для получения разрешения на поездку на международные соревнования я должен был направлять на имя И. В. Сталина специальную записку, в которой давалась гарантия победы… Второе место (я уже не говорю о 3-м или о командном проигрыше в игровых видах спорта) И. В. Сталин рассматривал как подрыв авторитета Советского Союза, как дискредитацию нашего государства. «Если не готовы, то не надо участвовать», – говорил он».
Понятно, что ответственность за итоговый результат была высокой, а последствия поражения – очень суровыми. Как для спортивного начальства, так и для самих спортсменов. Так что спортивное руководство страны стояло перед выбором: или посылать на Олимпиаду только тех спортсменов, которые могут принести медали и зачетные очки, или – обеспечить максимальное представительство во всех олимпийских дисциплинах. В итоге, как вспоминал Н. Романов, «решили участвовать в Олимпийских играх и в тех видах спорта, в которых не видели возможности получить хотя бы одно очко. Это делалось во имя будущего развития в стране отстающих пока видов спорта».
Команда фронтовиков
На дебютной для себя XV летней Олимпиаде в Хельсинки команда СССР приняла участие во всех видах спорта, кроме хоккея на траве. Всего в сборной было 295 человек (255 мужчин и 40 женщин). Первую олимпийскую сборную СССР позже назовут «Командой фронтовиков», поскольку в ее составе выделялись опытные спортсмены, многие из них были участниками Великой Отечественной войны, блокадниками. Они принесли стране первые олимпийские награды.
Настоящим героем Олимпиады в Хельсинки стал гимнаст Виктор Чукарин. В начале Великой Отечественной войны он ушел на фронт добровольцем. Воевал в артиллерийской части на Юго-Западном фронте, оборонял Киев. Был ранен и контужен, попал в плен возле Полтавы. Прошел страшные испытания в немецких лагерях для военнопленных, чудом выжил. Вернувшись домой, весил всего 48 кг. В Хельсинки Чукарин стал абсолютным чемпионом по спортивной гимнастике, это достижение он повторил и в 1956 году на Олимпиаде в Мельбурне.
Участниками войны были гимнасты, чемпионы Олимпиады Грант Шагинян, Иосиф Бердиев и Владимир Беляков, первый советский олимпийский чемпион по тяжелой атлетике Иван Удодов, призеры Игр тяжелоатлеты Евгений Лопатин, Николай Саксонов и Аркадий Воробьев. Чемпионами по греко-римской борьбе стали фронтовики Йоханнес Коткас и Яков Пункин, серебряным призером – 40-летний Шалва Чихладзе. Боксер Сергей Щербаков во время войны отличился в диверсионных операциях в тылу врага, получил два тяжелых ранения, одно из них чуть не привело к ампутации ноги. На Олимпиаде 1952 года он сумел занять второе место. Серебряным призером игр в составе сборной СССР стал эстонский баскетболист, орденоносец Иоанн Лысов.
Для олимпийской чемпионки в толкании ядра Галины Зыбиной тяжелым испытанием стала блокада Ленинграда. Подростком блокаду пережил Юрий Тюкалов, ставший в Хельсинки олимпийским чемпионом в академической гребле на лодке-одиночке. Блокадником-детдомовцем был Анатолий Богданов, олимпийский чемпион по пулевой стрельбе.
Большие надежды спортивное руководство возлагало на легкую атлетику – самый «медалеемкий» вид олимпийской программы. Здесь тоже отличились ветераны войны. Юрий Литуев стал серебряным призером в беге на 400 метров с барьерами. Владимир Сухарев завоевал серебряную медаль в эстафете 4х100 метров. В беге на 3000 метров с препятствиями второе место занял Владимир Казанцев. В финальном забеге он повредил ногу, неудачно преодолев яму с водой, и все же сумел финишировать вторым.
Среди призеров Олимпиады в Хельсинки был и участник войны Александр Ануфриев, завоевавший бронзовую медаль в беге на 10 000 метров. Он стал первым олимпийцем – уроженцем Коми республики.
Путь к победам
Александр Ануфриев родился 10 мая 1926 года в селе Ижма (по другой информации – в деревне Диюр Красноборского сельсовета Ижемского района), в семье потомственных оленеводов. К нелегкому труду родителей мальчик приобщился рано. Видимо, выносливость и упорство в нем были заложены с детства. «До 1936 года проживал в селе Ижма, затем вместе с семьей переехал в город Нарьян-Мар Ненецкого национального округа, где прожил до 1943 года, – писал Ануфриев в автобиографии. – С 1941 по 1942 работал возчиком. В 1942 г. поступил учиться в школу ФЗО на отделение плотников. После окончания школы работал плотником на лесозаводе № 51 от Мурманской судоверфи. В 1943 году вступил в ряды ВЛКСМ и был призван в ряды Советской Армии. С 1944 г. был в действующей армии на Карельском фронте».
Попав на передовую в мае 1944-го, уже в июне Ануфриев получил тяжелое осколочное ранение в ногу и контузию. Комиссия, выписывая его из госпиталя, вынесла вердикт: не годен к строевой службе. Ануфриев с трудом мог ходить. Чтобы разработать ногу, стал заниматься бегом. Сначала трусцой, потом пошли более серьезные нагрузки. Постепенно удалось восстановить работу ног, а бег стал постоянным увлечением Ануфриева. После окончания войны он продолжил службу в войсках МВД в городе Дзержинске Горьковской (ныне Нижегородской) области. В 1950 году завербовался на Горьковский автомобильный завод имени Молотова.
В 2011 году в нижегородской газете «Автозаводец» вышла любопытная статья Ю. Козонина «Бег без финиша». В ней приводятся воспоминания об Александре Ануфриеве заслуженного тренера РСФСР Николая Николаевича Маслова.
«В 1950 году Саша перешел на работу в ремонтно-механический цех ГАЗа, неоднократно выступал за команду цеха в эстафете на призы газеты «Автозаводец», участвовал и в лыжных соревнованиях, – вспоминал тренер. – Не раз отличный бег Александра помогал автозаводцам завоевывать главный приз в эстафетах «Горьковской правды». Ну, а первый большой успех на республиканской арене пришел к Ануфриеву в 1951 году. На чемпионате РСФСР он победил сразу на двух дистанциях – 5 и 10 тысяч метров. На чемпионате Советского Союза стал призером на «пятерке» и был включен в состав сборной страны.
Помню, как старательно готовился он к олимпийскому сезону. На отборочных соревнованиях в Киеве преодолел 5 тысяч метров за 14 минут 20 секунд. По тем временам это был прекрасный результат. С нетерпением ждали его выступления на летней Олимпиаде в Хельсинки».
В своей деревне
Перед Олимпиадой возникла деликатная проблема с размещением советских спортсменов. На окраине Хельсинки, в районе Кяпюля, еще к Олимпиаде 1940 года, не состоявшейся по причине войны, была построена олимпийская деревня. В ней и предполагалось поселить всех спортсменов – участников Игр. Однако по требованию СССР советские спортсмены должны были жить отдельно от соперников из капиталистических стран. Советская сторона предлагала два варианта: спортсмены могли бы либо приезжать из Ленинграда в Хельсинки каждый день, либо жить на советской военно-морской базе Порккала, откуда до столицы Олимпиады можно было добираться по железной дороге.
Организаторы Олимпиады, крайне заинтересованные в участии СССР, вынуждены были пойти навстречу советской стороне. В результате переговоров было принято решение срочно обустроить вторую олимпийскую деревню для спортсменов из СССР и стран восточного блока. Разместили эту альтернативную деревню в другом пригороде Хельсинки – районе Отаниеми. Здесь спортсменам соцлагеря отвели только что построенные студенческие общежития технологического университета. На фасаде дома, где проживала советская делегация, были смонтированы огромные буквы «СССР» с государственным гербом, вывешен портрет Сталина.
Для советских спортсменов была выстроена столовая, там повара, прибывшие из Москвы и Ленинграда, готовили привычные русские блюда. Все продукты доставлялись из СССР, включая фрукты, клубнику и даже минеральную воду. Транспортом для советских участников служили свои, отечественные автобусы и легковые машины. Была и своя культурная программа: демонстрировались кинофильмы, выступали Государственный ансамбль народного танца Союза ССР под руководством Игоря Моисеева, артисты московских и ленинградских театров, а также румынский, болгарский и чехословацкий ансамбли песни и пляски.
Спортсменам, как и другим советским гражданам, прибывшим за границу в составе организованных групп, запрещалось одиночное передвижение по городу. Нельзя сказать, что советские спортсмены жили в Отаниеми полностью за закрытыми дверями. Однако посещение «советской» олимпийской деревни для участников и журналистов из капстран было ограничено и становилось возможным только после официального согласования.
В Хельсинки отправилась и внушительная делегация советских спортивных функционеров во главе с председателем Спорткомитета СССР Николаем Романовым. В сентябре 2000 года газета «Труд» опубликовала статью, в которой рассказывалось, что в дни проведения Олимпиады в Финляндию выехала и оперативная группа МГБ СССР во главе с начальником внешней контрразведки 1-го Главного управления Сергеем Федосеевым. «Перед чекистами стояла задача обеспечить защиту наших людей за границей и уберечь их от провокаций со стороны иностранных спецслужб», – утверждалось в статье. Скорее всего, главной задачей чекистов было не допустить бегства советских спортсменов на Запад. Таких случаев не было и в помине, хотя газета и утверждала, что «разведки США и других западных стран с первых дней пребывания спортсменов СССР в Финляндии предпринимали активные меры к тому, чтобы склонить некоторых из них к невозвращению на родину».
О том, как эти веяния «холодной войны» воспринимали сами спортсмены, трудно сказать. Думается, они, привычные к пропагандистским установкам у себя на родине, прежде всего думали о предстоящих стартах и усиленно к ним готовились.
Бронзовая «десятка»
Первые медали на Олимпиаде в Хельсинки разыграли 20 июля, на следующий день после торжественного открытия Игр. Легкоатлеты должны были выявить сильнейших в прыжках в высоту, метании диска у женщин и в беге на 10 000 метров у мужчин. Этот день сразу же принес громкий успех советской команде. Метательницы диска Нина Пономарева, Елизавета Багрянцева и Нина Думбадзе заняли весь пьедестал, выиграв соответственно золотую, серебряную и бронзовую награды.
Ну а затем, в 6 часов вечера, наступила очередь Александра Ануфриева. Фаворитом на дистанции 10 000 метров он не был, в соревновании такого уровня никогда не участвовал. Среди 33 участников забега ожидалась борьба между сильнейшими стайерами мира Эмилем Затопеком из Чехословакии и французом Аленом Мимуном, выходцем из Алжира. Так и вышло, Затопек на дистанции какое-то время оставался в «тени», но на третьем километре вышел в лидеры, на восьмом километре оторвался от Мимуна и финишировал первым с результатом 29 минут 17 секунд. Чуть больше 15 секунд ему проиграл француз. Ануфриев, весь забег державшийся в группе лидеров, стал третьим с результатом 29 минут 48,2 секунды, опередив сильного конкурента Фрэнка Сандо из Великобритании.
Александр Ануфриев выступил и на дистанции 5 000 метров. В одном из предварительных забегов он финишировал первым с результатом 14 минут 23,6 секунды, и казалось, что у него есть силы в финальном забеге преодолеть дистанцию еще быстрее. Однако результат Ануфриева в финале оказался хуже, он был на финише лишь 10-м. Видимо, не смог справиться с большой психологической и физической нагрузкой, отдав много сил в забеге на 10 000 метров. Дистанцию 5 000 метров вновь выиграл Эмиль Затопек. Позже он победил и в марафоне, став трехкратным олимпийским чемпионом.
В целом же выступление Ануфриева на хельсинкской Олимпиаде было признано успешным. Главный спортивный начальник страны Николай Романов, например, оценил его так: «Олимпийская бронзовая медаль Ануфриева в беге на 10 000 м стала для советских спортсменов-стайеров стимулом, путеводной звездой к предстоящим в недалеком будущем успехам на международной арене. Александра Ануфриева смело можно назвать продолжателем традиций Серафима и Георгия Знаменских. Имя А. Ануфриева неразрывно связано с историей борьбы советских легкоатлетов за олимпийские победы».
Без цветов и оркестра
Сегодня оценивается как безусловно успешное и дебютное выступление всей советской сборной на Олимпиаде. В неофициальном медальном зачете команда СССР заняла второе место с 71 медалью (22 золотых, 30 серебряных, 19 бронзовых). Лишь немного она уступила спортсменам США, завоевавшим 76 медалей (40 золотых, 19 серебряных и 17 бронзовых).
В то время, однако, медальный проигрыш американцам стал костью в горле советскому руководству, и народу было велено объявить о победе СССР в зачете по набранным очкам, которые подсчитали «как надо». В газетах сообщили, что команды СССР и США набрали по 494 очка, поэтому советских спортсменов можно считать победителями Олимпиады: «Окрыленные любовью, вниманием и отеческой заботой большевистской партии, Советского правительства и лично товарища Сталина, наши спортсмены высоко подняли знамя советского спорта, прославили свою великую родину своими победами. В состязании с зарубежными спортсменами спортсмены Советского Союза блестяще подтвердили превосходство советской системы физического воспитания и советской социалистической культуры над буржуазной».
Несмотря на победный тон в газетах, олимпийцев, возвращавшихся из Хельсинки, встречали отнюдь не как триумфаторов. «В Москве специальный поезд встретили только несколько работников Комитета и родственники приехавших, – вспоминал Н. Романов. – Как-то тихо и незаметно, без обычных в таких случаях восторгов и расспросов, москвичи быстро разошлись. Для олимпийцев из других городов уже были приобретены билеты на поезда и самолеты, которые отправлялись в тот же день или на следующее утро. Многие участники прямо с Ленинградского вокзала сразу же уехали в аэропорт. Это был малорадостный, но поучительный для будущего момент».
О неудачных выступлениях советских спортсменов на Олимпиаде умалчивали. С оставшимися без медалей пловцами, конниками, фехтовальщиками разбирались на совещаниях в Спорткомитете и федерациях. Особенно досталось футболистам. За проигрыш команде «недружественной» Югославии освободили от работы старшего тренера сборной СССР Бориса Аркадьева. Команду ЦДКА, составлявшую основу сборной, сняли с розыгрыша первенства СССР и расформировали.
Последняя страница
После Олимпиады в Хельсинки заслуженный мастер спорта СССР Александр Ануфриев участвовал во всесоюзных соревнованиях, в традиционном кроссе на призы французской газеты коммунистов «Юманите». На всех стартах он показывал стабильные результаты, побеждал, был в призерах, но ближе к следующей Олимпиаде все чаще стал испытывать конкуренцию со стороны молодых перспективных стайеров Петра Болотникова, Владимира Куца, Ивана Чернявского. В результате они и поехали на ХVI Олимпийские игры в Мельбурн.
Вскоре с большим спортом Александр Ануфриев завязал. Петр Болотников вспоминал об одном из последних стартов Ануфриева: «Его поджимали молодые ребята, да и тренеры не очень-то уже верили в него… Александр очень понравился мне своей скромностью. «Как, Саша, готов на рекорд?» – спрашивали его. «Куда там, – отвечал Ануфриев. – Мне, старику, только бы добежать».
В 1956 году Ануфриев окончил школу тренеров при Киевском государственном институте физкультуры. Работал в Центральном Совете ДСО «Авангард», был тренером по легкой атлетике в Киевском совете этого общества. В 1960 году перебрался в Северодвинск, работал тренером по легкой атлетике. Через год вернулся в Украину, был инструктором спортклуба завода «Запорожсталь». А в 1963-м переехал в город детства и юности – Нарьян-Мар.
В маленьком заполярном городе оленеводов, речников и рыбаков мало кто знал о славном олимпийском прошлом Ануфриева. Применить богатый спортивный опыт и тренерские навыки здесь было негде. Скромный Ануфриев работал строителем, плотником на лесозаводе. На общественных началах вел спортивные секции в школе и на предприятии.
Однажды на танцплощадке 38-летний Александр Ануфриев познакомился с 25-летней Парасковьей Осташовой. В сентябре 1964 года они поженились. Вскоре молодожены уехали в знакомый Ануфриеву Дзержинск, где им дали комнату. Вероятно, здесь знаменитый стайер надеялся реализовать себя на спортивном поприще. Но что-то не сложилось, и летом 1966 года Ануфриевы вернулись в Нарьян-Мар. О последней, печальной странице в жизни Александра Ануфриева рассказала в 2013 году газета «Няръяна вындер».
«Александра Александровича приняли тренером в городское профессиональное техническое училище № 24, – поведал в своем очерке краевед Юрий Канев. – В свободное время он готовился к навигации. Купил списанный поплавок от гидросамолета и смастерил дюралевую лодку, приспособил на корме пятисильный мотор «Стрела». 26 сентября 1966 года он собрался на рыбалку, к отчиму Пани, жившему в избушке на острове Голубковский. У жены екнуло сердце в предчувствии беды, но Сашу разве убедишь – упрямый. В 16:30 он отчалил от берега, на прощание помахал рукой. В памяти Парасковьи Васильевны осталась его лучезарная, поистине гагаринская улыбка. Больше его никто не видел…
В городе говорили, что ночной порой одна из самоходных барж столкнулась с чем-то, и вроде слышали даже крик человека. Сентябрьская ночь, ледяная вода, стремнина огромной реки скрыли следы трагедии. Искали его долго, до самого ледостава, мужики ездили почти до Носовой. Летом следующего нашелся лишь рюкзак, лодку без мотора тоже видели где-то. Могилой великому спортсмену Александру Ануфриеву стала великая Печора»…
В Республике Коми, воспитавшей плеяду олимпийских чемпионов-лыжников, об Ануфриеве знают мало. А вот в Нарьян-Маре в конце1980-х стал проводиться традиционный пробег на приз имени Александра Ануфриева. Дистанция пробега символична: десять километров, та самая «десятка», на которой знаменитый стайер завоевал бронзовую медаль Олимпиады.
Евгений ВЛАДИМИРОВ
