На ладье по Цильме

Средневековое судно реконструкторского клуба «Кречет» радушно встречали жители Усть-Цилемского района

О первой экспедиции на ладье «Варыш» журнал «Регион» писал шесть лет назад. С тех пор сыктывкарские реконструкторы из клуба «Кречет» каждый год на своем средневековом судне «бороздят просторы» по рекам Коми и других регионов. В июле этого года ладья была спущена на воду реки Цильмы. Семь участников водного похода преодолели отрезок пути от села Трусово до Усть-Цильмы, чтобы побывать на знаменитой Петровщине и Горке. На борту «Варыша» был и журналист «Региона».

С суши на воду

Сначала восьмиметровая ладья, изготовленная по аутентичным средневековым чертежам на петрозаводской верфи в 2019 году, в начале июля преодолела путь от Сыктывкара до усть-цилемского села Трусово на колесах вместе с четырьмя путешественниками. В их числе – капитан Константин Казаков, идейный вдохновитель водных походов, знаток средневековой эпохи и морского дела, увлеченный человек из реконструкторского клуба «Кречет». «Ходячая энциклопедия» – называют его друзья. «В миру» Константин – зубной техник, по жизни – «викинг»-испытатель. «Униформа» капитана – средневековая одежда, от шапки до кожаной обуви сделанная своими руками. Текстильные детали костюма сшиты по историческим выкройкам и связаны вручную, причем не спицами и крючком, а иглой, как делали в Средние века. Железные – отлиты и выкованы. Кожаные – выделаны и скреплены самой прочной суровой нитью. Это не только надежно, но и эстетично и долговечно.

– Если быть последовательным, то хорошо бы самому и шерсть спрясть, и ткань соткать. Если такую работу перевести в «человекочасы», то получится больше трех тысяч часов ручного труда, – рассказал Константин.

Преодолев три речные переправы на колесах, «Варыш» был спущен на воду в усть-цилемском селе Трусово, где к команде присоединились четверо путешественников: фольклорист Никита Михайлов, его коллега из Нарьян-Мара Сэрко Тайбери, педагог из села Кослан Удорского района Александр Роноев и автор этих заметок. Первых трех связывает любовь к национальной музыкальной культуре и участие в совместных фольклорных мероприятиях. Неудивительно, что на протяжении всего путешествия звучали русские и коми народные песни а капелла и в сопровождении варганов, гитары и дудок. Всего в команде было семь человек: кроме капитана и вышеназванных путешественников на борту «Варыша» были студентка Полина Шишкова и свободный художник Ростислав Вичугов. Пока местные жители фотографировались на фоне драккара и в нем самом, команда вместе с трусовчанами побывала на фестивале «Истоки», на котором представляли свое творчество коллективы со всего Усть-Цилемского района. Традиционный фестиваль проходит на Цильме раз в два года, чередуясь с фестивалем на Пижме, где упор делается на ремесленных традициях.

Правда, удалось застать самый финал фестиваля: около трех часов понадобилось команде, чтобы снарядить ладью, установить шестиметровую мачту и, едва двинувшись, вступить в борьбу с мелью: сначала веслами, а потом толкая судно по колено в воде. Цильма – река широкая, шире, например, Вычегды в ее среднем течении, но мелкая: в иных местах ее можно перейти вброд.

Удачная конструкция

В воде вес «Варыша» приближается к тонне, но такая ладья считается легкой, поэтому нескольких пар мужских рук вполне хватало, чтобы протащить судно по мели и вывести на чистую воду. Несмотря на то, что конструкцию ладьи Константин Казаков называет «компромиссной», она оказалась очень удачной. Своим появлением ладья обязана детской мечте нескольких энтузиастов, которая с годами не исчезла, а превратилась в страстное увлечение. Были прочитаны десятки художественных и научных изданий, изучен опыт таких же энтузиастов, которые давно ходят на репликах средневековых лодок, собраны мнения экспертов – и только после этого родился «Варыш», особенности постройки которого продолжали обсуждать прямо на верфи, в процессе.

– Геометрия и принципиальные конструктивные особенности ладьи взяты от двух западно-славянских лодок первого тысячелетия нашей эры, начиная с VI века, то есть с эпохи викингов. Ее особенность в том, что банки, то есть скамейки, являются частью каркаса и держат поперечную жесткость лодки, усиливая действие шпангоутом. Именно поэтому лодка выдерживает очень большую нагрузку, – объясняет Константин. – Следующая особенность: она не полностью соответствует началу первого тысячелетия из-за узких досок, из которых сделаны борта. Такая ширина досок более характерна для позднего Средневековья, когда достаточно много лесов с огромными деревьями, из которых получались доски до полуметра шириной, уже были вырублены. Но узкие доски одновременно дают и преимущество. Широкие идут «винтом», а значит, менее прочны. Нагрузка на узкие доски распределяется более равномерно. Так что «Варыш» – очень прочное судно.

Команда единомышленников изначально отвергла довольно заманчивую идею сделать петровскую лодку. Такие судна предназначены для моря, а в Республике Коми, как известно, его нет. А вот лодки, на которых купцы, преодолевая множество опасностей, доставляли товары, ходили по рекам. Важно, по каким именно рекам ходить «Варышу». Для небольших, с быстрым течением достаточно таежных пижемок или мезенок. Чем шире река, тем шире и мощнее лодка. На самых больших реках можно идти уже под парусом, но и там есть мели, перекаты, и это надо учитывать при конструировании судна.

Кроме того, любое судоходство регулируется законодательством. По принятым нормам можно сажать в лодку определенное количество людей. В первой экспедиции на «Варыше» шло девять человек, и Константин признается, что ночевать в ладье было тесновато. Семеро – оптимальный вариант. Меньшему количеству человек будет сложнее грести. Любому судну присваивается определенный класс мореходности. Классность «Варыша» такова, что команда не имеет права отходить на ладье от берега дальше чем на 4,5 километра и на
12 километров от безопасного места на берегу: порта, бухты и т. п.

Усть-цилемское гостеприимство

Нынешнее лето выдалось прохладным и дождливым: первые ходовые дни ладью заливало дождем, который делал ее тяжелей на лишнюю сотню килограммов. Поэтому кроме удовольствия пройти по реке на веслах и под парусом путешественники познали и матросскую работу: вычерпывали воду, снимая доски с палубы ладьи, загружали и разгружали вещи на стоянках. Несмотря на увлеченность Средневековьем, владельцы «Варыша» пользуются благами цивилизации: то, что могло намокнуть, включая палатки и спальники, упаковывалось в гермомешки и лишь потом укрывалось оленьими шкурами, которые подарили команде ладьи в Ижме во время одной из экспедиций.

Кстати, о подарках. Первая экспедиция «Варыша» вызвала настоящий фурор у жителей сел и деревень, в которых останавливались реконструкторы. Кроме желания сфотографироваться с командой, они демонстрировали удивительное гостеприимство, приглашали гостей в свои дома, топили для них бани, а главное, щедро угощали: молоко лилось рекой, морошка сыпалась кузовами, рыба и дичь была представлена во всех возможных способах приготовления. Константин Казаков признался, что в первой экспедиции очень смущался от такого радушного приема, но потом нашел ему объяснение:

– Возможно, мы напоминаем устьцилемам их предков, которые когда-то пришли в эти края на подобных лодках. Местные жители называли нас «первопроходцами» и встречали на берегу с большой любовью. Прием был горячий и трепетный.

Вот и на этот раз в Трусово проводить ладью в путь вышел Георгий Чупров, окна дома которого выходят на реку. Он принес команде пакет язей, картошку и историю о медведе, который в течение нескольких лет обчищал сети местных рыбаков. Неуловимый косолапый вытягивал сети на берег, аккуратно выпутывал улов и сталкивал обратно в воду. Хозяин тайги уже стал было настоящей легендой Цильмы, пока очередная облава на него не окончилась удачей – для охотников, конечно. Польщенный вниманием слушателей, Чупров пригласил капитана домой и… преподнес ему шкуру медведя-воришки в дар.

В деревне Рочевской путешественников угощали шаньгами и пирогами, а еще – горочными песнями и хороводами. Горка, хоть и называют ее местные «стихией», требует подготовки: повторения сложных танцевальных фигур и многочисленных куплетов протяжных и веселых песен. В Рочевской путешественники на себе почувствовали, что Горка – это не просто праздник, но еще и труд. Повторив фрагменты каких-то шести песен, команда взмокла так, будто серьезно поработала. «А представьте, если жара! А на тебе еще и многослойный костюм до пят с закрытыми руками и головой», – подливали масла в огонь местные плясуньи.

Кто на борту главный

На борту «Варыша» на этот раз собрались неопытные гребцы. Четырехметровое весло весом двадцать пять килограммов поначалу пугало, но, как и обещал капитан, тяжело его было только нести, а грести им несложно: достаточно только поймать ритм, который в нашем походе то и дело задавался хором мужских голосов, – и лодка просто полетит по воде. По словам Константина Казакова, иные умудряются даже вздремнуть, не прерывая гребли.

Кстати, о капитане. Его слово на любом корабле – закон. «Первый после Бога», – говорят о капитане моряки. А это значит – никакой демократии. И вовсе не потому, что капитан суров и лют, а потому что в случае экстремальной ситуации решение надо принять молниеносно, дать команду и выйти сухими из воды – буквально.

– Короли и президенты командуют на земле, а на море – капитан. Важно, чтобы у капитана был авторитет и все его слушались. Потому что в критической ситуации это важно. Иногда и две секунды могут стать роковыми. Тут нет места коллегиальным решениям, – говорит Константин.

В нашем походе таких ситуаций не возникало, чего не скажешь о первом в этом сезоне – майском – выходе «Варыша» на воду на реке Луза, когда при столкновении с тросом, натянутым над водой, пострадала мачта ладьи, а само судно едва не перевернулось. Однако универсальная конструкция ладьи сыграла свою роль. Удивительная прочность «Варыша» позволит ему лет десять ходить по рекам без замены элементов. Разве что нижнюю часть набоя – это самый сырой элемент лодки – придется со временем заменить.

– Чем чаще лодка выходит на воду, тем для нее полезнее, в промежутках она рассыхается. Это ее физиология. Важно правильно хранить лодку. Плохое хранение во влажной среде без использования ее губит, как и постоянное нахождение на воде, – объясняет Константин.

По ходу движения капитан посвящал нас в мореходную терминологию. Чтобы вычерпать из ладьи воду, нам приходилось снимать слани – по-простому пол судна. Когда-то они были «стланями» – от глагола «стелить», со временем буква «т» из слова выпала. Когда дело дошло до паруса (на «Варыше» он небольшой – штормовой, или учебный, площадью шестнадцать квадратных метров), мы узнали, что в руках нужно держать шкоты – канаты, которыми крепится парус. При равномерном ветре шкоты можно привязать к уткам вдоль борта, при порывистом и капризном лучше держать в руках, чтобы вовремя ослабить натяжение паруса. Если парус нужно спустить мгновенно, из срединной банки-скамьи необходимо выдернуть нагель, к которому при помощи фала крепится рей. Мачта вставляется в степс и крепится к банкам вантами – перпендикулярными диаметральной плоскости судна оттяжками. У «Варыша» они сдвинуты назад, выполняя функцию бакштага, которого на ладье нет. Познакомились мы и с характером ветра. Оказалось, плохо, если он дует прямиком в парус.

– Боковой ветер позволяет лодке развивать большую скорость. Он все время давит сбоку, а капитан подруливает. При одной силе ветра лодка может идти по-разному из-за аэродинамических особенностей. Наша лодка при шестиметровом боковом ветре под парусом шла со скоростью 21 километр в час. Сильный ветер может уложить лодку, – объясняет Константин.

У реконструкторов «Кречета» есть идея попробовать совершать на ладье коммерческие походы в рамках развития внутреннего туризма. Правда, потянуть такой выход смогут не все: учитывая доставку лодки на прицепе до рек, питание, проживание и обучение азам мореходства, удовольствие это не из дешевых. Однако заявки на такие походы уже есть. Осталось только сертифицировать маршруты, и тогда почувствовать себя викингами или купцами смогут жители всей страны. В других регионах подобный опыт уже есть.
А пока «Варыш», совершив последний заплыв по озеру Дон в октябре, встал на зимний прикол в клубе «Кречет».

Валентина Осташова, директор Дома культуры деревни Рочевская, после посещения команды «Варыша» сочинила байку на усть-цилемской говоре

«Лани к нам ладья приходила. С туристами. На Иван день у Трусовых Горку правили, дале на Усть-Цильму пошли, чтобы там на Горке побывать. Вот прибыли вечером в Рочевску, а ночью дожжишше разошёлсе. Думаю, как оне там, бенны, и дале не плывут, и в деревню не идут. Не утерпела, утром товарку созвала, побежали к им. Подходим, а у их там палатки расставлены, костёр шает, рыбка жаритсе, беда добро! Колонка на дереве висит, а из колонки-то по-усть-цилёмски поют! Поздоровались мы, побаяли, знакомых нашли. За встречу нам морсу черничного предложили, мы по глотку-то отглонули и сё-голова кругом пошла… Когды-некогды отпустило.
Позвали мы туристов этих в музей да в клуб Горку с нами порепетировать (что ещё-то в деревне можно показать?). Пока по музею ходили, я им пирожков с капустой да шанег напекла, в клубе с горячими-то чайку и попили. Посмотрели они наш музей, клуб – ничего, вроде понравилось. Захотелось им и себя показать, принесли с ладьи инструменты: гитару, дудки всяки да еще бусы каки ле и давай играть. Стала я их тихонько разглядывать: зарошши, бородаты, волосья до плечей висят, чисто лешаки. Знамо дело, из далёку плывут, не мыты-не чёсаны. Не все, конечно. Ктоле и накоротко, внарок, наверно, выбрились, шшобы не завшиветь. Табачину-ту из трубки фушкают, морс из бидончика фырскают, видать, чтоб согреться. Погодушка-то сёгоду не радует.

Стали мы их спрашивать, кто откуль будёт. Все из разных мест оказались: кто ле с Сыктывкару, кто ле с Удоры, а один дак вообще с Нарьян-Мару. Сырком ле Серком кличут, Сергей, значит, по-нашему. Две бабёнки с имя мотаютсе. Захотели они наряды наши померять, мол, беда баски, говорят. Ну ладно, меряйте, чё нам жалко ли чё? Спрашивам онну: – Тебе плат как завязывать: как деушке или как бабы? – Хочу быть деушкой, отвечат. – А замужом ле? – Да, замужом, говорит. – Ну кака ты тогды деушка, баба ты!
Стали ей плат завязывать, а волосьев-то нету. Давай мы ей рога наставлять да газетоцькой кокошник набивать. Они хохоцют, на видео снимают. Другу-ту деушкой нарядили, у ей и косицька кака-никака была.
Всё им про наряд рассказали, чё да как называетсе и почему плат по-разному завязывать надо. Оне внимательно так слушали, на телефон записали.

Распрощались мы с гостями, картоцьки в телефонах своих сняли. Нынче модно картоцьки-ти снимать да всем по тырнету показывать. Вот и мы таки же модны стали. Для нас ладья ихня, что та нерпа, котора на Печоры плават. Подивились, подкормили, картоцьку сняли и всё – пусть дальше плават. Бат, опять когда-ле заплывёт к нам.
Ладно, пойду мокрицу дёрьгать, она сёгоду забыль выше картошки, как на дрожжах…»

Полина РОМАНОВА

Фото автора