Денис Кнутарев: «Дорожная безопасность – наше общее дело»

3 июля российская Госавтоинспекция отметила девяностолетие. О работе столичной дорожно-патрульной службы «Региону» рассказал командир отдельного батальона Госавтоинспекции УМВД России по городу Сыктывкару, подполковник полиции Денис Кнутарев.

На «гаишника» не обижаюсь

– Денис Викторович, как Вы попали в ГАИ?

– Отслужил в армии, вернулся сержантом, год поработал на стройке, а потом друзья-футболисты предложили пойти в ГАИ. Я решил попробовать – понравилось, к тому же моим наставником был мой друг. У каждого начинающего инспектора есть наставник: первые полгода новичок несет службу с опытным экипажем, набирается опыта у старослужащих. С 1999 до 2004 год я работал на линии, непосредственно с участниками дорожного движения. А потом перешел в кабинет.

– Пять лет на линии – это считается долго?

– Нет, это недолго. Есть люди, которые всю жизнь работают на линии: им больше нравится с людьми, а не в кабинете. Дело и в зарплате: на линии она немного повыше. Я многих зову в кабинет – не соглашаются, там интереснее. Но коллектив у нас очень хороший. Я только последние два года занимаю отдельный кабинет. До этого работал вместе с ребятами, где нас было шестеро. Наш отдел занимался штрафами: все, что ребята на линии выявляют, поступало к нам, вносилось в базу, обрабатывалось, что-то направлялось в суд.

– Это каких нарушителей касается?

– Тех, кто совершил серьезное правонарушение: выехал на полосу встречного движения через одну или две сплошные линии, был задержан в нетрезвом состоянии или оставил место ДТП.

– А девушки инспекторами ДПС работают?

– Сейчас нет. До недавнего времени были две девушки. Одна сейчас работает в МВД, вторая сменила сферу деятельности. Женщинам тяжело на линии: ночные смены, разный контингент нарушителей, опасная работа, нервная.

– Вы обижаетесь, когда вас называют «гаишниками»?

– Уже нет. Когда-то было неприятно, а потом привык. «ГИБДД-шник» произносить долго и непривычно. Можно называть нас «инспекторами», но вряд ли это приживется повсеместно.

– За что Вы любите свою профессию?

– Прежде всего за то, что у нас замечательный коллектив. Все, кто от нас уходил по разным причинам, говорил, что больше в такую команду не попадал. Раньше у нас была даже своя футбольная команда, мы и на чемпионате города выступали. Сейчас лыжников больше. Во-вторых, люблю за работу с людьми. За годы службы у меня завязались добрые отношения с сыктывкарскими водителями.

– Это как?

– Вроде бы ты его штрафуешь или даже прав лишаешь, думаешь, он зло на тебя держит, а оказывается, возникают уважительные отношения, и мы продолжаем общаться. Мы же в одном городе живем.

А еще люблю свою профессию за результативность нашего труда. Скажем, выявил ты нетрезвого водителя – считай, жизнь кому-то спас.

Источник повышенной опасности

– А какие трудности «напрягают»?

– Может, недопонимание с руководством. За последние два–три года ушли из службы многие прежние руководители, знавшие особенности территории, всех сотрудников, как свои пять пальцев. До них было проще донести проблемы. Люди из других регионов долго погружаются в работу, руководствуются общим системным подходом. Но везде есть свои нюансы, менталитет, которые местные сотрудники знают лучше.

– Какова структура городской ГАИ?

– Всего в Госавтоинспекции 220 человек, из них 130 служат в батальоне ДПС – это те, кто работает на линии. В батальоне две роты и четыре взвода: в каждой роте по два. Во взводе 25 человек. Подчиняемся мы УМВД России по городу Сыктывкару и Госавтоинспекции по Республике Коми, которая курирует работу во всех городах и районах республики. Так же, в ГАИ Сыктывкара работают отделения регистрации, дорожного надзора, технадзора, пропаганды, по исполнению административного законодательства.

– Вы в структуре ГАИ 27 лет. Что изменилось за эти годы?

– Ну, во-первых, стало больше машин. Культура водителей тоже изменилась. Но они не стали «культурнее», напротив, вождение стало более агрессивным. Появились новые средства передвижения: электросамокаты, скутеры, другие средства индивидуальной мобильности. Раньше экипажей требовалось гораздо меньше. А сейчас у нас не хватает людей. Вакансий у нас нет, к нам охотно идут на работу, но все охватить мы не в состоянии.

Еще появилось много новых нормативов, касающихся дорожного движения, поэтому «на права» стало сложнее сдать.

– Я четверть века назад сдала с первого раза. Моя дочь несколько раз сдавала экзамен по вождению – и пока безуспешно. В чем причина?

– Может, инструкторы не те? Да и требования к кандидатам в водители постоянно ужесточаются. Я считаю, что это правильно: любое транспортное средство – это источник повышенной опасности.

– А вы как-то корректируете работу инструкторов, проводите работу над ошибками после очередной сдачи экзаменов потенциальными водителями?

– Наш экзаменационный отдел на связи с ними и ведет статистику, анализируя, где выше и где ниже процент сдачи. Наши сотрудники ходят к ним в организации, проводят беседы, указывая на более слабые места. Но повлиять на их деятельность мы не можем: у всех есть лицензии, а значит, компетентность и работа по закону.

«Сними наушники!»

– Что Вас лично, как участника дорожного движения, раздражает на дорогах больше всего?

– Мотоциклисты, которые обгоняют слева или справа на большой скорости. Велосипедисты, которые не спешиваются на переходах, как и те, кто гоняет по тротуарам, создавая опасность для пешеходов. Раздражает и пешеход, идущий по переходу перед машиной не спеша, манерно, разговаривая по телефону. Он такой же участник дорожного движения, и неплохо бы ему уважать других участников. Так и хочется открыть окно и подогнать его.

– А вы можете штрафовать пешеходов?

– Конечно. И мы делаем это. Можно предупредить, а можно и оштрафовать на сумму до тысячи рублей за переход в неположенном месте или на красный свет.
Но я считаю, что с пешеходами должны работать и СМИ: разъяснять им их права и обязанности и культуру поведения заодно. Чтобы в торговых центрах, на улицах были баннеры с социальной рекламой о корректном поведении пешеходов. Почему бы не сделать надпись на асфальте перед пешеходным переходом: «Сними наушники», «Спрячь телефон» или «Слезь с велосипеда»?

– Велосипедисты действительно доставляют много проблем?

– Да, велосипедов становится все больше. Люди за здоровый образ жизни, но не всегда за безопасное поведение на дорогах. Надо проявлять неравнодушие – делать замечания тем, кто пересекает пешеходный переход не спешившись, особенно детям. Если все это будут делать, то ситуация изменится. Когда взрослые считают, что это не их проблема, то никакие наши внушения не изменят ситуацию. Каждый наш сотрудник закреплен за определенной школой и проводит профилактические беседы со школьниками. Но подключаться надо всем. Я лично курирую кадетский класс 38 школы. Но кадетов воспитывают так, что они более дисциплинированы и законопослушны.

– Что еще в числе особенно раздражающих нарушений?

– Диодные фары, которые водители устанавливают в нарушение стандартов и которые на трассе ослепляют других участников дорожного движения. Глушители, которые ревут на всю улицу. Хотелось бы активнее проводить работу с этими нарушениями, но, повторюсь, людей у нас не хватает. Да и необходимых приборов нет в достаточном количестве.

– Как воздействовать на нарушителей, не имеющих и никогда не получавших водительское удостоверение?

– Только наказанием рублем и эвакуацией машины на штраф-стоянку.

– А пьяных за рулем становится больше?

– Больше становится нарушителей в наркотическом опьянении. Инспектор определяет это по поведению, зрачкам, речи и предлагает проехать в наркологический диспансер. Наркоман, как правило, отказывается, значит, что инспектор в своем предположении не ошибся.

Главное – профилактика

– В условиях нехватки экипажей как вы выстраиваете работу, чтобы закрыть проблемные места?

– С помощью анализа информации за предыдущие годы. Мы смотрим, что в прошлом году в этом месяце учащались проблемы с велосипедистами. Значит, мы усиливаем работу в этом направлении. Но главное – профилактика, начатая заранее. Кроме того, ничто не заменит ежедневной работы с участниками дорожного движения.

– Существуют сезонные проблемы?

– Разумеется. Те же летние каникулы, дети на дорогах. До сентября мы будем сосредоточены на них. Межсезонье – традиционные «дни жестянщика», когда водители торопятся менять зимнюю резину на летнюю. Я сам никогда раньше 9 мая ее не меняю. Зимой, кстати, ДТП гораздо меньше: водители ездят осторожнее. Летом начинаются «гонки». Осенью, в темное время суток без снега не видно пешеходов. Очень хорошо, что в Сыктывкаре сейчас появились освещенные пешеходные переходы.

– Одно из нововведений последних лет – «длинные» трех- и четырехфазные светофоры. ДТП на этих перекрестках стало меньше, а времени на ожидание «своего» сигнала уходит гораздо больше. Не облегчили ли вы себе работу, создав неудобства для водителей?

– Абсолютно не согласен с Вами. Все это устанавливалось в результате мониторингов, а после установки еще и корректировалось. Время ожидания меняется в зависимости от часа пик, просчитывается, на сколько секунд надо увеличить или уменьшить сигнал, чтобы водитель, скажем, попал на «зеленую волну». Если Вы помните, на перекрестке Первомайской-Орджоникидзе зеленый сигнал для пешеходов изначально оказался слишком короток и вскоре был продлен.

Конфисковать навсегда

– На сколько патрульных зон поделена столица Коми?

– Вот на стене у меня висит карта с этими участками. У нас в Сыктывкаре пять патрульных зон, куда заступают пять экипажей. Их задача – профилактика ДТП, фиксация и оформление, наблюдение за дорожной сетью. Если какие-то проблемы – ямы, препятствие, скользкость – они сообщают об этом дежурному. Ну и в целом контроль за соблюдением правопорядка.

– Говорят, что у вас есть какой-то план по выписке штрафов и задержанию нарушителей…

– Такого плана у нас нет. Главное – адекватное воздействие на участников дорожного движения с целью сохранения их жизни, здоровья и имущества.

– Среди зон, которые обозначены у Вас на карте, есть более проблемные и более спокойные участки?

– Да, конечно. Проблемная – Эжва. Раньше в Эжвинском районе была своя Госавтоинспекция с четырьмя экипажами ежесуточно. Теперь там только один экипаж ДПС. Может, расслабились водители. «Тихий» район – Максаковка. Но там мотоциклисты «лютуют». Больше всего нарушений – в центре Сыктывкара.

– А случается психологическая несовместимость в экипажах?

– Бывает. Инспектор приходит и говорит: «Я с ним работать не могу!». Конечно, в этом случае мы меняем состав. Это очень важная составляющая. Есть неразлучные экипажи – сплоченные команды. В каждом взводе, как и в школьном классе, есть те, кто самоотверженно работает, и те, кому неплохо бы у них поучиться. На 90-летие Госавтоинспекции мы поощрили наших лучших сотрудников.

– А за что вы в обычное время их поощряете?

– В первую очередь, за раскрытие преступлений, сейчас особенно часто в сфере незаконного оборота наркотиков.

– А при чем тут дорожное движение?

– Еще раз напомню, что мы все работаем в системе МВД, и инспекторы принимают участие в охране правопорядка. Если произошла кража, грабеж или другое преступление, мы тоже выезжаем для его раскрытия, задерживаем подозреваемых по приметам.

– Если бы от Вас зависело изменение ситуации на дороге, что бы Вы предприняли для пресечения правонарушений?

– Конфискацию машины. Попался в нетрезвом состоянии – лишаешься машины насовсем. Второй раз – навсегда лишаешься водительских прав. Потому что пьяные за рулем – это самое страшное явление.

– Как Вы считаете, надо ли ограничивать право на вождение возрастом?

– Считаю, что надо. Можно было бы назвать конкретный возраст, но все очень индивидуально. Это врачи должны решать. В прошлом году у нас дедушка совершил два ДТП, с обоих уехал, оба не помнит. Внук умолял: лишите его прав! А он пришел – и с первого раза все пересдал. И снова получил права! Медосмотр для продления прав для пожилых водителей должен быть иным, чтобы выявлять начинающуюся деменцию. Часто она заметна для окружающих не сразу, а на вождение влияет.

Беседовала Полина РОМАНОВА

Фото предоставлено отделом пропаганды ГИБДД по г. Сыктывкару