Алексей Лавров. Наш человек в Нью-Йорке

Солист Метрополитен-оперы учился вокалу в столице Коми

В последние годы целая плеяда молодых, талантливых исполнителей из России вышла на первые роли в мировом оперном искусстве, покорив зрителей ведущих театров Европы и Америки. В США нашел признание и воспитанник Коми республиканской гимназии искусств при Главе РК имени Юрия Спиридонова, выпускник Сыктывкарского колледжа искусств Алексей Лавров, солист Метрополитен-оперы в Нью-Йорке.

Мы связались с Алексеем, когда он был в Мадриде – участвовал в одной из постановок Королевского театра.

– Алексей, как начался Ваш путь на сцену, кто были Вашими учителями?

– Родился я в Печоре на берегу самой большой и красивой реки республики. Вокруг города – бескрайние лесные просторы, зеленые луга и озера. Думаю, что родные места сыграли большую роль в становлении моей личности. Я люблю северную природу, учусь у нее и, если можно так сказать, заряжаю от нее свои жизненные «аккумуляторы». В детстве вместе с бабушкой я собирал грибы и ягоды. Помню, как почти физически ощущал единение с природой. Бабушка же привила мне любовь к народной песне. Заходя в лес, мы всегда здоровались с ним и начинали петь на два голоса. А наш дом по улице Русанова стоял на излучине реки. Из его окон в солнечную погоду были видны не только разливающаяся в повороте река и бескрайний лес, но и заснеженные вершины Уральских гор. Мои родители работали в речном порту. Отец был диспетчером на пристани, а мама приемосдатчиком.
Отец привил нам с братом любовь к спорту. Он был уважаемым в городе футболистом и хоккеистом с мячом, поэтому часто брал нас на центральный стадион. С детства мне знакома атмосфера игры и командной раздевалки в перерывах. Было очень интересно слушать, как игроки обсуждают ход матча. Я до сих пор являюсь ярым болельщиком футбола, хоккея, биатлона и всегда с удовольствием смотрю спортивные соревнования.

– Ну, Вы прямо как Денис Мацуев – заядлый болельщик…

– Не только болельщик. Благодаря отцу мы с братом научились играть в футбол, плавать, крепко стоять на коньках и кататься на лыжах. Мой брат Антон продолжает играть в футбол и недавно стал чемпионом республики в составе сборной Ухты.

– А кто был Вашим учителем в музыке, вокале?

– Своими музыкальными способностями и голосом я обязан маме и бабушке, которые, сколько я себя помню, пели в самодеятельности. Рядом со школой №2, в которой я учился, было творческое объединение «Досуг». Туда-то меня и привели в восьмилетнем возрасте, чтобы я научился петь. Моим первым педагогом была Людмила Терентьева, которая по сей день там работает руководителем лучшего городского коллектива «Сударушка». До 8 класса мы с ней готовили программы и выступали на разных городских и районных площадках. А в 1998 году меня заметили на одном из концертов и пригласили выступить на Дне Республики Коми в Сыктывкаре. С Людмилой Витальевной мы приехали в столицу. Навсегда запомнил ее слова, что этот концерт – мой единственный шанс выбраться из Печоры в Сыктывкар, поэтому я должен спеть лучше, чем когда-либо. Концерт проходил в Театре оперы и балета. Волновался так, что позеленел за сценой, конечности похолодели, голос пропал. Это и понятно, ведь с оркестром да еще на такой большой сцене никогда до этого не выступал. До сих пор не знаю как, но удалось собраться и выступить удачно. После концерта ко мне подошла заведующая музыкальным отделением Гимназии искусств Валентина Ревунец и предложила учиться в гимназии. Конечно же, я согласился и, не закончив 8 класс школы, переехал жить и учиться в Сыктывкар.

С педагогом гимназии искусств Валентиной Ревунец.
С педагогом гимназии искусств Валентиной Ревунец

– Чем запомнились годы учебы в гимназии?

– Обучение в гимназии искусств я до сих пор вспоминаю с большой теплотой. Это школа-интернат для талантливых детей со всей республики, где обучаются народные и классические инструменталисты, артисты балета, художники, певцы… С детьми занимаются прекрасные педагоги и воспитатели. В гимназии я научился музыкальной грамоте, познакомился с коми языком, великолепными песнями и стихами, написанными коми композиторами и поэтами, – «Югыд кодзув», «Деревенька моя»… Моим начальным развитием в музыкальном и культурном плане я обязан именно гимназии, где мы были окружены творчеством и заботой. Мои первые победы на всероссийских конкурсах я одержал тоже в это время. Желаю этому потрясающему учебному заведению долгих лет успешного существования, ведь люди, работающие там, воспитали много артистов, которые теперь прославляют нашу культуру и образование по всему миру.

После окончания гимназии поступил в училище искусств, где мне повезло встретить педагога, навсегда поменявшего мою жизнь, как певца и человека. Это был Марат Козлов, бывший солист Свердловского и Сыктывкарского оперных театров. Несмотря на то, что к моменту моего прихода в класс Марату Константиновичу было 70 лет, он вдохновлял нас своей неиссякаемой энергией и жизнелюбием. До меня в его классе были профессионально подготовлены такие замечательные певцы, как Эдуард Цанга, Александр Балашов и многие другие солисты.

Он зажег во мне любовь к оперному искусству и помог найти «свой голос», такой, о котором я до встречи с ним и не мечтал. Марат, как между собой его ласково называли студенты класса, был для меня как второй отец. Я часто бывал у него дома, общался с его семьей. Зная мое материальное положение во времена учебы, он однажды привез мне на крыше своего «Запорожца» холодильник и телевизор, смотреть который собирался потом весь этаж. За четыре года обучения под его руководством мы подготовили хорошую программу, с которой я выступал в сопровождении оркестра народных инструментов на разных площадках республики, потом с ней же поступил в Санкт-Петербургскую консерваторию.

– Как же Вы решились, несмотря на «материальное положение», поступить в консерваторию, переехать в Санкт-Петербург, не самый доступный по уровню жизни город?

– Во времена учебы в консерватории приходилось подрабатывать грузчиком на вокзале, официантом, уборщиком, рабочим сцены и даже гардеробщиком в Малом зале консерватории – надо же было прокормить себя. Были даже такие ситуации, когда в первом отделении концерта я выступал на сцене, потом в антракте, к удивлению зрителей, передвигал на той же сцене рояли, а после окончания концерта выдавал зрителям в гардеробе их куртки и пальто. Было весело наблюдать за их недоумевающими лицами. На четвертом курсе я стал лауреатом конкурса имени Елены Образцовой и был приглашен солистом в Михайловский театр. В том же году с театром поехал на гастроли в Японию петь Евгения Онегина.

После окончания консерватории был приглашен в Молодежную программу Большого театра, где провел два замечательных и продуктивных года. Это специальная программа для молодых певцов со всего СНГ, в которой под руководством известных в России педагогов Дмитрия Вдовина и Светланы Нестеренко готовят певцов. Впоследствии многие из них пополняют ряды артистов Большого театра и приобретают международную известность. В программе мы готовили новые роли, изучали итальянский и английский языки, актерское мастерство и танец. Моим дебютом на Новой сцене Большого театра был Моралес в опере «Кармен» Бизе и Роберт в опере Чайковского «Иоланта». Но самым запоминающимся спектаклем был «Борис Годунов» Мусоргского, где я исполнил партию думного дьяка Щелкалова. Этой постановкой открывалась Историческая сцена Большого после реновации в 2012 году. Музыка Мусоргского и классические костюмы по 16 килограммов весом, настоящие церковные колокола, живые кони на сцене, огромный хор и полный состав оркестра, вместе с позолотой зала Большого театра – это тот образ русской оперы, о котором я мечтал в годы студенчества в сыктывкарском училище.

– После дебюта в Большом, да с Вашим баритоном, перед Вами наверняка были открыты двери в любом российском театре. А Вы очутились за границей. Как складывается Ваша карьера в Америке?

– А в том же году на одном из выступлений меня заметил кастинг-директор Метрополитен-оперы и пригласил в Нью-Йорк стажироваться в этом театре. Думаю, что нет ни одного оперного певца, который не мечтал бы спеть в Метрополитен-опере, и я не исключение. Этот театр является ведущим в мире последние полвека. Конечно, когда я получил приглашение, ни секунды не сомневаясь, принял его.

Стажерская группа театра Метрополитен существует с 1980 года, и я стал третьим русским за всю историю программы, который в ней стажировался. После двух лет стажировки мне предложили место солиста этого театра. Метрополитен-опера является центром оперного искусства, в котором совместно работают лучшие из лучших певцы, режиссеры, дирижеры, прекрасный оркестр, талантливейшие костюмеры и гримеры. Это очень вдохновляет, многому учит, обязывает и является огромным стимулом для самосовершенствования.
Мой дебют на сцене этого театра состоялся в 2013 году. С тех пор я спел в более 70 спектаклях. Мои любимые роли – Сильвио в опере «Паяцы» и Доктор Малатеста в комедии «Дон Паскуале». Специфика театра в том, что каждый сезон репертуар состоит из разных опер, и нет времени «засиживаться» в одном амплуа, поэтому сейчас я готовлюсь к новым и более сложным партиям.

Помимо Нью-Йорка меня приглашают и в другие города и страны. Удалось выступить в Вашингтоне, Лос-Анджелесе, Сан-Франциско, Майами, Атланте, Буэнос-Айресе, Сантьяго де Чили, Лиме, Осло, Киеве, Токио, Берлине, Тулузе и даже на Мадагаскаре. А сейчас я в Мадриде, где принимаю участие в постановке оперы Римского-Корсакова «Золотой петушок» в Королевской опере.

В опере «Борис Годунов».
В опере «Борис Годунов»

– По родной республике не скучаете? Появится ли и у нас возможность когда-либо послушать Вас на сцене Театра оперы и балета Республики Коми?

– С радостью спел бы на сыктывкарской сцене или другой концертной площадке родной республики, но официально меня приглашали только раз, и, к сожалению, приглашение было получено в последний момент, когда у меня уже был подписан контракт с другим театром. В этом разница между российскими и зарубежными театрами. На Западе театры планируют свои сезоны и приглашают певцов за несколько лет до выступления. Причин такого планирования несколько. Одна из них – контрактная система работы. Театральных трупп, как таковых, в крупных мировых театрах не существует, всех артистов приглашают по разовым контрактам, и если артист оправдывает ожидания театра, то ему предлагают такие же контракты на несколько лет вперед. Другая причина – это стабильное финансирование искусства, в основном негосударственное. Ежегодные многомиллионные расходы Метрополитен-оперы почти полностью покрываются меценатами. Есть семьи, которые уже несколько поколений поддерживают театр. Это дает уверенность в завтрашнем дне театру, который может себе позволить «забронировать» певца за несколько лет до самой постановки оперы. В российских же театрах до сих пор действует штатная система, и включить в репертуарные спектакли певца со стороны очень трудно. Но я не теряю надежды получить такое предложение, которое удастся вписать в свой график, ведь очень хочется спеть на родной земле!

– Мы можем узнать что-нибудь о Вашей личной жизни?

– В народе говорят, что за каждым успешным мужчиной стоит сильная и мудрая женщина. Я полностью подписываюсь под этими словами. Мне Бог дал такую женщину – мою жену Катю, невероятно любознательную, энергичную, талантливую и организованную. Ее целеустремленности и энергии хватает на нас обоих.

Она уроженка Кишинева, училась на фортепианном факультете нашей консерватории. На третьем курсе мы создали вокально-фортепианный дуэт и с тех пор не расстаемся. Мы вместе окончили консерваторию, потом вместе работали в Большом театре, в итоге вместе поступили в Метрополитен, став первой семейной парой в истории стажерской группы театра. Мы вместе работаем, отдыхаем, учимся, путешествуем. Стараемся никогда не расставаться. В этом, пожалуй, главный секрет нашего успеха.

Светлана МУРАВЬЕВА
Фото предоставлено Алексеем ЛАВРОВЫМ

Вы также можете просмотреть полную версию публикации в формате PDF

(С) “Регион” 06/2017