Июнь: Иван Кузнецов. В Чувашии – ученый, в Коми – плановик

115 лет назад, 11 июня 1906 года, родился Иван Данилович Кузнецов. Как ученый-историк, педагог и публицист, он внес весомый вклад в науку и культуру Чувашии. Как работяга-заключенный, экономист и плановик – свой посильный вклад в индустриализацию Коми республики.

Судьба Ивана Кузнецова схожа с судьбами сотен ученых – представителей новой, советской интеллигенции, взращенной после революции в национальных регионах бывшей Российской империи. Алексей Сидоров, Георгий Старцев, Василий Лыткин, Василий Молодцов и другие коми ученые-гуманитарии прошли похожий путь, только для кого-то он был дольше, а для кого-то оборвался рано.

Родился Иван Кузнецов в бедной семье чувашских крестьян, учился в церковно-приходской школе, рано лишился отца. Уже в 14 лет Иван организовал в селе комсомольскую ячейку, в 19 лет – первую чувашскую молодежную газету. Вступил в ВКП(б), переводил на родной язык работы Ленина.

После окончания рабфака молодого и активного коммуниста направили на учебу в Москву, в Институт красной профессуры. Здесь, на историческом отделении, Кузнецов окончательно сформировался как историк-марксист. Он стал публиковать статьи, книги и брошюры по национальному вопросу, истории и литературе. После окончания ИКП чередовал научную и преподавательскую работу с партийной, дослужившись до заведующего отделом школ и культпросветработы Чувашского обкома ВКП(б). Одновременно с работой в обкоме Кузнецов возглавлял сектор истории в Чувашском НИИ социально-культурного строительства, преподавал в пединституте, занимался научными исследованиями.

Казалось бы, бедняцкое происхождение и верность марксистско-ленинской идеологии в научной и преподавательской работе должны были оградить Ивана Кузнецова от волны репрессий, обрушившейся на руководство и интеллигенцию Чувашии в середине 1930-х годов. Но репрессивные органы нашли «грехи» и у него. Кузнецов попал в фигуранты дела против руководителей чувашской «контрреволюционной буржуазно-националистической организации». 22 ноября 1937 года он был арестован и помещен во внутреннюю тюрьму НКВД в Чебоксарах. Его обвинили и в связях с троцкистами, в «шовинизме и национализме в исторических работах, которые дезориентировали партийные массы в борьбе с национализмом».

Сломленный истязаниями во время долгого следствия, Кузнецов в заключительном слове лишь попросил судей при вынесении приговора учесть его работу «по борьбе за генеральную линию партии». 19 ноября 1939 года военный трибунал приговорил его по нескольким пунктам 58-й статьи к 10 годам лишения свободы. Однако полтора года спустя приговор был отменен, дело вернули на новое рассмотрение, и в результате в феврале 1941 года Кузнецову дали 8 лет заключения с поражением прав на пять лет.

Уже после начала войны «транзитом» через Котласскую пересылку в сентябре 1941 года Иван Кузнецов оказался в Севжелдорлаге, заключенные которого в авральном порядке строили Северо-Печорскую железную дорогу. Об условиях, в которых они жили и работали, написано множество статей и книг. Достаточно сказать, что только в 1941 году от голода, болезней и непосильного труда на строительстве магистрали погибло более 20 тысяч заключенных. Ивану Кузнецову удалось выжить. Он работал плотником на строительстве станции Урдома, из-за истощения угодил в слабкоманду, был переведен в лесной лагпункт бригадиром, на лесоповале получил травму и попал в лазарет. После выздоровления его определили в санчасть секретарем-медицинским статистиком. Несмотря на «привилегированное» положение бесконвойного лагерника, Кузнецов упорно отправлял начальству просьбы об отправке на фронт, где погибли два его брата. Но «политических» на фронт не брали.

Когда в 1945 году срок заключения истек, Ивана Кузнецова как вольнонаемного назначили санинструктором на станцию Ижма (ныне город Сосногорск). Год спустя он перешел на работу начальником сметно-плановой группы, затем инженером-экономистом СЖДС. В 1949 году Кузнецов оказался в Ухтокомбинате. Освоив профессию инженера-экономиста по разведке нефти и газа, он попал в геолого-поисковую команду в Троицко-Печорском районе, с геологическими отрядами ездил по всей республике. Еще через год получил должность старшего экономиста планового отдела в тресте «Войвожнефть». Судя по всему, со своими обязанностями Кузнецов справлялся хорошо, его даже рекомендовали назначить на более ответственную работу. Таковую ему и поручили в 1955 году, хотя начальником планового отдела треста «Войвожнефтегазоразведка» Кузнецов поработал совсем немного: в апреле того же года Пленум Верховного суда СССР отменил приговор по его делу за отсутствием состава преступления, и вскоре Иван Данилович получил возможность вернуться на родину и к любимой работе.

С этого времени и до своей кончины в 1991 году Иван Кузнецов много и плодотворно трудился на благо науки и культуры Чувашии. Уже в 1957 году была издана первая часть его фундаментального труда «Очерки по истории чувашского крестьянства». Кузнецов работал директором Чувашского книжного издательства, заведующим кафедрой истории СССР, профессором Чувашского госуниверситета. Несмотря на то, что был отлучен от научной деятельности почти на двадцать лет, за свою жизнь он опубликовал более 200 статей и свыше 20 монографий, воспитал многих известных в Чувашии ученых-историков, был известен как литературный критик и переводчик. Его заслуги были отмечены орденами Трудового Красного Знамени и Дружбы народов, медалями и почетными званиями.

В наше время, впрочем, труды Кузнецова по истории Чувашии вызывают споры. Одни ученые настаивают, что написанные с марксистско-ленинской позиции, они «страдают вульгарным социологизмом». Другие встают на защиту Ивана Даниловича, подчеркивая фундаментальность, богатую источниковую базу, ясный стиль изложения его работ, которые были написаны в конкретной политической обстановке.

А годы пребывания в Коми оставили глубокий след в жизни Ивана Кузнецова. Этому периоду он уделил многие страницы своих воспоминаний «Как это было», полностью не опубликованных до сих пор. Чувашский историк Петр Матюшин упоминает любопытный факт, что еще будучи заключенным, Кузнецов вынашивал идею заняться историей индустриализации Коми, но из-за отсутствия доступа к архивам сделать это не мог. А в домашней библиотеке Ивана Даниловича было собрано немало книг по истории Коми края.

Евгений ВЛАДИМИРОВ

«Пройдя все невзгоды и лишения, он смог вновь вернуться к своему любимому делу – науке, высшей школе, литературно-издательской деятельности, отдав им все силы и мощь своего природного дарования.
(П.Матюшин, доцент Чувашского госуниверситета им. И.Н.Ульянова)