Ёсики, коми анчоусы

Деревенские мальчишки летом добывали их тысячами

На Удоре, в Ижемском, Корткеросском и других районах Коми такую мелкую рыбешку, деликатес по нынешним временам, называют «ёс». Этих «ёсиков» ловили тысячами. В платки, наволочки, мешки и даже стеклянные банки. Главными рыболовами обычно становилась ребятня. Добычей – гольяны и другая мелочь, тучами снующая на мелководье северных рек. Пионерские лагеря и организованный отдых деревенским мальчишкам заменяли детские забавы, приносившие взрослые результаты. О ловле «ёсиков» поведал ижемский корреспондент, краевед Игорь Колесов.

Ого, какая стайка! Один, второй, третий, четвертый, пятый. Пора! Тяну банку с первым уловом. Просовываю руку и вылавливаю ёсиков по одному. Кисть руки, занимая всю емкость, сквозь стекло кажется огромной. Одна за другой рыбки перекочевывают в полиэтиленовый пакет, что лежит в сумке от противогаза. Эти сумки нам доставались после того, как их стали выдавать всему взрослому населению на случай ядерного удара со стороны потенциального противника. Из зеленого брезента, с широкой, не натирающей плечо, лямкой – они на рыбалке, в походе вещь незаменимая.

Фото Сергея Федотова

Докрошив немного хлеба, опускаю литровую банку в воду. Для ловли ёсиков мы чаще всего использовали именно этот вид «снасти». Снасть представляла собой банку с привязанной за горлышко бельевой верёвкой. Если позволяли родители, закрывали пластиковой крышкой, проделав в ней дыру, чтобы потенциальный улов не мог ускользнуть во время подъема из воды.
Для нас, живших в домах на берегу реки, лето – сезон охоты на ёсиков. Рыбок мы делили на несколько групп: сероватые – ёсы классические, зеленоватые с красными плавниками и белыми точками на голове – «пионеры». Это основные группы. Был ещё «кока ёс» с двумя острыми «шипами» на брюшке, довольно редкий и считавшийся не только сорной, но и несъедобной рыбой.

Сегодня ловля «на банку» используется некоторыми рыболовами для добычи живца на более крупную рыбу – щуку, налима. А в качестве банки-ловушки используют и пластиковые бутылки.

Утром, в солнечную погоду, наспех позавтракав, мы сбегали к реке. У каждого было своё излюбленное место. В начале июня мы заходили в воду в сапогах, но когда наступали жаркие дни, и река прогревалась, то, просто-напросто, закатывали штаны выше колен.

За день я старался выловить как минимум два литра. Один – нам с бабушкой, второй – деду и дядьке на закуску.Уже к обеду поднимал домой первую партию улова. Тут же садились с бабушкой чистить рыбешек. На ижемском диалекте коми процесс назывался – «пытш–кыны». Все просто: берешь ёсика и, надавив большим пальцем на брюшко, проводишь до хвостового плавника. «Содержимое» выдавливается. Внутренности и совсем уж мелкие рыбешки шли на корм коту, который в полуобморочном состоянии бегал взад-вперед от плошки к столу и истошно орал.
Потом бабушка засаливала «ёс» и его икру, в которую предварительно добавляла разрезанную пополам дольку чеснока. С литра рыбы икры можно было собрать где-то половину граненого стакана, а то и полный.

Утром блюдо было готово. За ночь ёсики становились упругими, плотными. Если добавить нерафинированного растительного масла, то побороть искушение тут же приступить к трапезе становилось выше моих сил.
Утро. Завтрак. Моя порция улова уже заправлена растительным маслом, а рядом, в отдельной тарелке, молодая картошка. Первым делом, конечно, ёсик. Обязательно ёсик. Беру его за хвостик и ем целиком. Хвостик отправляется на расстеленную рядом газетку. Хруст рыбки, вслед идет картошка. Маленькая, теплая, она только слегка «оттеняет» вкус засола. Тут же (ни в коем случае не позже, а именно «тут же») ложечкой зачерпываю икру и одну из долек чеснока. Только после этого откусываю от краюхи ржаного хлеба. Конечно, хочется все это тщательно пережевать, но пальцы уже зацепили хвостик следующей рыбки. Теперь обмакиваешь мякиш в рассол и полируешь им донышко тарелки…
Если день оказывался удачным, и добыча заветной рыбы составляла литра три и более, то я самолично угощал соседок Фёклу и Павлу, заглянувших вечером на огонек. «Но, Игороко, молдеч», – говорила Фёкла. «Бура и чесмасим ёснад» – вторила Павла. Больше, чем похвала суровых ижемок, ничего не могло мотивировать на то, чтобы и завтра кормить комаров у реки – с веревкой, привязанной к горлышку банки…

Игорь КОЛЕСОВ

Ловля мелкой рыбы была популярна и в других районах республики.
– Бабушка мне «спасибо» говорила за мой улов, – вспоминает житель деревни Заречье в сысольском селе Куратово Александр Лушков. – Ловили мы их на удочку, а потом кто-то придумал у банки отогнуть жестяную крышку и ловить в нее на веревке. Прямо во дворе, на печи, сложенной из кирпичей, мы варили уху из нашего улова. Бабушка и рыбники из них пекла. Называли мы такую рыбешку «ар».
«Аркой» речную мелочь именуют и в Троицко-Печорском районе.
– Собирались обычно деревней у старицы осенью и буквально выгребали мелочь. Нагребут бочку, разделят по домам и ходят потом по очереди друг к другу чистить ее. Потом морозят – и весь год готовят рыбники. Сейчас морозят в половинках полторашек, – рассказывает краевед и фотограф Сергей Федотов.